Европейская оборонная политика

Европейская оборонная политика

Европейская оборонная политика

Отношения между Россией и странами Запада продолжают стремительно ухудшаться, чему в значительной степени способствуют участившиеся приграничные инциденты с участием военной техники РФ и стран Североатлантического альянса, всё это в свою очередь ведёт к ремилитаризации Старого Света.

Данная заметка служит только одной простой цели – облегчить понимание ключевых структур ЕС, отвечающих за оборонную политику. В ней будут коротко описаны основные институции (главным образом, агентства), имеющие соответствующие функции.  Автор не ставит своей целью превращать эту заметку в научную работу, однако, ее прочтение может дать читателю общее представление о возможностях ЕС в военной сфере.


Среди людей мало знакомых с организационной структурой ЕС и ее спецификой бытуют два основных мнения по поводу того, как в ЕС решаются вопросы совместной обороны. В одном случае они полагают, что ЕС это полноценный, слажено работающий военный альянс (что, разумеется, не соответствует действительности), а в другом, напротив, считают что ЕС совершенно неспособен самостоятельно (т. е. Без США) справиться ни с одной внешней угрозой. Оба мнения ошибочны, хотя второе, несомненно, несколько ближе к правде, чем первое. Однако, если бы оно было верно, читатель бы не нуждался в разъяснениях, которые даст эта заметка.

Итак, ЕС – это не военный альянс. Единственной схожей структурой, родственной ЕС/ЕЭС был Западноевропейский Союз (ЗЭС или WEU), прекративший свое существование в 2011 году. Эти функции уже выполняет НАТО, покрывающее большую часть стран-членов ЕС и снимающая необходимость во втором схожем договоре. Однако ЕС имеет и альтернативные, независимые от НАТО форматы военно-политического взаимодействия, между странами-членами. Я намеренно не называю это «армией ЕС» (так как ЕС не является государством в классическом понимании), равно как и не употребляю термина «альянс», поскольку военного союза между всеми странами-членами в привычном нам смысле тоже нет.

Теперь коротко об этих форматах. Их несколько и все они предусмотрены в рамках так называемой Совместной Внешней и Оборонной Политики (CSDP), закрепленной Лиссабонским Договором (подписанным в 2007 году). Согласно этому договору, Высокий Представитель ЕС (фактически являющийся высшим лицом ЕС по дипломатии и безопасности) имеет в своем ведении Военный Штаб ЕС (EUMS), который, в свою очередь, отвечает за командование различными совместными вооруженными формированиями[1]. Ниже будут рассмотрены наиболее примечательные из них.

EU-Battlegroup – наиболее близкие по своей структуре к регулярной армии и подчиненные непосредственно Военному Штабу ЕС, «боевые группы» (в среднем, величиной от 1000 до 3000 человек каждая, в сумме около 30000 человек) – являются высокоавтономными формированиями повышенной боевой готовности, предназначенными для точечного (и максимально быстрого) выполнения тактических задач. Не рассчитаны на ведение полноценной войны, но вполне могут участвовать в локальных операциях. Изначально формируются одной или несколькими странами-членами сроком на полгода. Должны быть мобилизованы в течение 10 дней и за 5 последующих дней занять расположение в стране назначения (в радиусе 6000 километров от Брюсселя).

lm-eu-battlegroup

EUFOR – Под этим названием объединены различные вооруженные формирования, подотчетные ЕС, но предназначенные для выполнения конкретной военной миссии (т. е. Их существование не закреплено на постоянной основе). Принимают/принимали участие в миссиях в Чаде, ЦАР, Боснии и Герцеговине, ДР Конго.

Отдельно от ЕС, но в тесном взаимодействии с ним, находятся Eurocorps и франко-британские Combined Joint Expeditionary Force (CJEF). Они имеют собственное военное командование, однако могут быть приданы ЕС для выполнения целевых задач. Несмотря на то, что Еврокорпус насчитывает около 6 тысяч человек, ему могут быть приданы весьма солидные соединения, такие как, например, 10-я танковая дивизия бундесвера, и при необходимости он может разрастись примерно в десять раз. Франко-британские Соединенные Экспедиционные Силы и вовсе не имеют четкого ограничения по размеру и могут достигать любого требуемого размера.

Стратегическое планирование, разработка программ развития и взаимодействия между странами-членами осуществляется Европейским Оборонным Агентством EDA, которое непосредственно подчинено Высокому Представителю. EDA имеет «партнера» (или, если угодно, «конкурента») в лице OCCAR (Organisation for Joint Armament Cooperation), охватывающего 12 стран (из них постоянных участников только шесть: Великобритания, Франция, Германия, Италия, Испания и Бельгия). В то время как EDA концентрируется по большей части на вопросах сертификации военной техники, создании общеевропейских военных норм и стандартов (необходимых в перспективе для общего европейского рынка вооружений EDEM), OCCAR занимается главным образом разработкой военной техники и программами переоснащения армий стран-участников. Обе организации проводят различные учения и тренинги и служат площадкой для общения высшего военного руководства участвующих стран. Бюджет EDA в 2014 году составил немногим более 30 миллионов евро, а стоимость проектного портфолио 87[2]. Финансовые возможности OCCAR намного шире и составили 3,6 миллиарда евро[3].

Исходя из вышеизложенного можно констатировать существенную степень автономности ЕС от НАТО в вопросах, касающихся военной организации или целевых военных операций против (на территории) отдельных стран Ближнего Востока и Африки. Однако, в вопросах глобальной безопасности и стратегической обороны ЕС по прежнему опирается на НАТО.

При подготовке заметки использовались материалы сайтов EDA и OCCAR, так же рекомендуемые автором для дальнейшего ознакомления с темой. Они доступны по ссылкам:

https://www.eda.europa.eu/

http://www.occar.int

Эдуард Фадеев

[1] Вышеупомянутый Военный Штаб ЕС (EUMS) возглавляется на момент написания заметки (март 2016) Вольфгангом Восользобе (Wolfgang Wosolsobe). Вышестоящим (в вопросах военной организации) над Штабом органом является Военный Комитет ЕС (EUMC), руководимый на момент написания заметки (март 2016) Михаилом Костаракосом (Michail Kostarakos).

 

[2] EDA annual report 2014

[3] OCCAR annual report 2014

European Russians

Leave a Reply

Close