Искушение изоляционизмом

Искушение изоляционизмом

Искушение изоляционизмом

Первые же дни работы нового президента Соединенных Штатов Америки, Дональда Трампа, оказались весьма насыщенными. Череда указов, принятых им вскоре после вступления в должность, уже довольно четко наметила тот фарватер, по которому США предстоит двигаться в ближайшие четыре года. И многие решения нового американского лидера не могут не вызывать симпатии у людей правых и правоконсервативных убеждений. Значительно более жесткий подход к вопросам миграционной политики, усиление борьбы с исламским терроризмом и радикализмом, облегчение условий для частного бизнеса – все это давно назрело.

Но было бы лукавством умолчать и о том, что некоторые шаги новой американской Администрации настораживают – или, как минимум, вызывают вопросы. Вопросы, крайне важные именно с точки зрения тех сил, которые стоят на правых и национально-консервативных позициях.


 Как не раз – и совершенно справедливо – было отмечено целым рядом авторов, программа Дональда Трампа не является классической правой программой (по крайней мере, классической для американской политической традиции). Само по себе, это едва ли является недостатком. Идеология и политический арсенал «Великой Старой партии» давно уже нуждались в обновлении, пожалуй – даже радикальном. Политика постепенных уступок, громких возмущенных речей, за которыми не следовало приблизительно ничего, и фактическое превращение былого оплота христианского консерватизма в партию низких налогов, неизбежно должно было привести ее либо к краху, либо – к внутренней революции.

Победа Трампа означает, что пока что реализуется второй вариант. Предложенная им идеологическая повестка, как и всегда в подобных случаях, является, так сказать, синтетической, то есть включает в себя не только собственно правые идеи, но и ряд положений, типичных скорее для левоцентристского спектра. (Кстати, электоральная опора на промышленных рабочих – тоже весьма характерная примета такого синтеза.) Нового, в сравнении с республиканской классикой, тут довольно много. Но самым важным – и тревожным – для правых европейцев (включая сюда и русских) является отчетливый изоляционистский тренд.

Тут, впрочем, нужно оговориться: изоляционизм не является чем-то, что присуще исключительно и только Трампу. Соответствующая риторика сопровождала избирательные кампании не одного кандидата, в число которых можно включить и Хиллари Клинтон. Очевидно, что в современном американском обществе существует запрос на ту или иную версию изоляционизма, который сводится к простой формуле: «хватит решать проблемы всего мира – давайте займемся своей страной!»

Но именно Трампу удалось оседлать этот тренд. И, судя по его первым шагам, слезать с него, переехав в Белый дом, он не намерен.

Однако и это, само по себе, не является катастрофой. По той простой причине, что некая правда за вышеописанным запросом на изоляционизм действительно есть. Попытки экспорта демократии, не учитывавшие национальные – культурные, конфессиональные, этнические и экономические – особенности, «миротворческие» войны, вроде войны в Ираке, сейчас уже признаются ошибкой как многими республиканцами, так и демократами. Роль мирового лидера дает немало преимуществ, но это всегда очень дорогое удовольствие. И вполне естественно, что американцы раны или поздно должны были почувствовать усталость от своего «имперского бремени». Предвыборные речи Трампа, в которых он говорил о том, что за счет США другие народы приходили к богатству и процветанию и т.д. и т.п., в сущности, очень типичны. Типичны для любого исторического периода, когда нация, на плечах которой покоится имперское здание, начинает уставать от своей роли то ли Антея, то ли просто одушевленного фундамента.

Кладбище американских солдат, погибших в Афганистане и Ираке

Это может нравиться, может не нравиться, но очевидно, что Соединенные Штаты вошли именно в эту стадию «имперской усталости». И изоляционистские лозунги являются лишь ее естественным проявлением.

Вопрос лишь в том, насколько далеко эти естественные проявления зайдут.

Доктрина Монро – штука, может, и хорошая, но только для своего времени. Что же до дней сегодняшних, то, нравится это американскому избирателю или нет, США являются становым хребтом существующей системы международных отношений и международной безопасности. Это далеко не идеальный хребет. Можно даже порассуждать о том, что кто-то другой выполнил бы эту роль лучше. Но, в любом случае, такова реальность. И отказ Соединенных Штатов от своей роли глобального лидера неизбежно приведет к тяжелейшим потрясениям.

Почему? Лишь только потому, что природа не терпит пустоты. Освободившуюся нишу неизбежно должен будет кто-то занять, и сделать это без борьбы не удастся.

Даже намека на подобное развитие событий оказалось достаточным для того, чтобы, например, в Восточной Азии возникло очень серьезное напряжение. Проблема Тайваня вновь обострилась, и КНР дает понять, что готова силой вернуть себе «мятежную провинцию». В Южной Корее решения новой Администрации США вызвали если не шок, то сильный стресс – и у правительства, и у общества. В перспективе, напряженность на Корейском полуострове может достичь такого градуса, что впервые за многие годы появится неиллюзорная вероятность полноценного военного конфликта (что по-прежнему маловероятно, но уже не невозможно).

Народно-освободительная армия Китая на марше

Самоустранение США неизбежно вызовет передел сфер влияния, борьбу за рынки и т.п. – как минимум, на региональном уровне. Выход из Транстихоокеанского партнерства это показал довольно наглядно. Очень может быть, что ТТП действительно наносило ущерб национальной экономике Соединенных Штатов. Но, вне зависимости от этого, фактом остается то, что стремительно развивающимся экономикам Восточной Азии тесно в национальных границах. И запрос на транснациональный, глобальный рынок – объективная данность. Вопрос лишь в том, кто будет этот рынок строить? Не приведет ли это к тому, что в освободившуюся нишу устремится Китай? Тот самый Китай, с которым, будь в наличии альтернатива в виде США, многие не захотели бы работать? И будет ли это благом для Тихоокеанского пространства, и не приведет ли новым политическим (и даже военным) столкновениям?

И, наконец, нельзя забывать о той роли, которую сыграли Соединенные Штаты и в судьбах Восточной Европы – и восточноевропейских правых. Не секрет, что именно страны Восточной Европы после крушения соцлагеря являлись активными сторонниками именно евроатлантической, а не просто европейской, интеграции. США рассматривались как единственные надежный гарант от гибридных поползновений с востока. А кроме того, они были необходимым противовесом и западноевропейской социал-демократии, многие представители которой тяготели (и продолжают тяготеть) к разного рода «диалогам» и «потеплениям» с Кремлем. После 2014 года опасения – и насчет Москвы, и насчет ее западных друзей – только усилились, ибо теперь едва ли нужно объяснять, как действует необольшевицкая власть РФ, когда чувствует слабину.

Пророссийские вооружённые формирования ведут наступление на востоке Украины

В этой ситуации, изоляционистские веяния в Белом доме не могут не вызывать некоторых сомнений. Несомненно, в системе, основанной на признании американского глобального лидерства, немало нужно пересмотреть. Внешняя политика США должна стать более гибкой, а роль государств – региональных лидеров, и региональных союзов – возрасти. (Что, собственно, по факту уже и происходит.) Также следует более внимательно относиться к национальным религиозно-культурным особенностям и, как минимум, не спешить уничтожать то, что еще можно улучшить и исправить.

Но при этом надо отдавать себя отчет, что сейчас, как и в 1970-е годы, по-прежнему актуальны слова Александра Исаевича Солженицына, обращенные к американской нации: «Ход истории, хотите вы или не хотите, сделал вас мировыми руководителями. Вашей стране уже нельзя думать провинциально. Ваши политические лидеры не могут больше думать только о своих собственных штатах, их партиях, мелких ситуациях, которые приведут или не приведут их к государственному посту. Вам приходится думать обо всем мире». Изоляционистский курс США приведет к масштабным потрясениям в мире и целой череде военных конфликтов. И, в конечном итоге, участвовать в борьбе с начавшимся военно-политическим хаосом американцам все равно придется, и цена этой борьбы неизбежно окажется весьма высокой.

Так что, в конечном итоге, и для США это – «плохая сделка».

Хочется надеяться, что новая Администрация Соединенных Штатов предложит миру не неоизоляционизм, а умеренную корректировку существующей системы международных отношений. Не отказ от глобального лидерства, а новую его концепцию, в рамках которой ценностный аспект будет смещен вправо. Русским правым консерваторам, как и всем вообще правым в Восточной Европе, хотелось бы видеть Соединенные Штаты в авангарде борьбы за ценности свободы и права, которые, в свою очередь, укоренены в христианской традиции Америки. Видеть США приблизительно такой же силой, какой они были во времена Рональда Рейгана. Силой, защитившей некогда Западную Европу от коммунистической чумы, силой, которая помогла ей подняться из руин. И сделавшей то же в Южной Корее. Победившей тоталитаризм и сбившей замок с ворот «социалистического лагеря».

Или, коротко, мы ждем от США не отказа от мирового лидерства, а лишь «правого поворота» в реализации этого мирового лидерства.

Любой другой вариант будет приблизительно катастрофичен – приблизительно для всех.

Димитрий Саввин

Подписывайтесь на канал European Russians в Telegram, чтобы первыми читать наши новые статьи, знакомиться с мнением постоянных авторов, смотреть инфографику, видео и политические карикатуры.

 

European Russians

Leave a Reply

Close